June 25th, 2016

половина

деловое путешествие 4

Василий и Петруха подходили к табору.
- Что то  не похоже на цыган, слишком тихо - сказал Вася.
Действительно, никто не пел лихих цыганских песен, никто не отплясывал цыганских танцев, все тихо и спокойно занимались своими делами.
- Так перед кем здесь выделываться - отозвался Петруха - это на людях они шумные и веселые, а так, люди как люди. Погоди, сейчас начнется.
Действительно , их заметили и друзей моментально окружила шумная толпа цыганок.
- Ай, красавчики, зачем в табор пожаловали?
- Дело есть. - откликнулся Василий - вы у моего друга вещь забрали, вернуть надо.
- Ай, зачем нехорошо говоришь, мы ничего не крали, зря наговариваешь.
- Сейчас найдем эту вещь, тогда поговорим. Да вот она гармошка, на телеге лежит. Отдавайте и пойдем мы.
-  Не, так просто отдать не можем, вещь принадлежит табору и без разрешения старшого отдать нельзя.
- Ну так пошли к старшому, поговорим.
- Пошли. Эй, баро! - закричала цыганка - тут люди пришли, хотят чего то!
Навстречу им вышел высокий цыган одетый в красную рубаху с густой черной с проседью бородой.
- Кто тут не дает покоя бедным людям?  Вы кто такие? Чего вам надо?
- Барон - вскинулся Петруха - твои люди у меня гармонику забрали. Нехорошо. Отдай.
- Быть того не может, чтобы мои люди что то без спроса взяли - усмехнулся барон - А гармошку эту я помню, она на дороге валялась, ну мы и подобрали, не пропадать же добру.
- Они меня опоили а потом и гармошку увели.
- Никто тебя не опаивал. Кто ж виноват, что ты от одной чары вина без чувств упал. А гармошка на земле валялась. До тебя от нее шагов пять было. Так что по всем законам - ничейная вещь. Кто нашел, тот и хозяин.
- Моя вещь! Она и подписана!
- Раз подписана, конечно не поспоришь - хмыкнул барон - Но просто взять и отдать я тоже не могу, положение обязывает. Понимаешь? Да и не очень то она нам нужна, у моих ребят руки под гитары заточены а на гармошке один сип получается, так что совершенно бесполезная для нас вещь. Давайте так - я даю вам три задания - выполните - забирайте.
- Ну хорошо, давай свои задания.
- Начнем. Первое задание. Победить нашего бойца. На кулаках, без оружия.
- Давай своего бойца.
- Шурик!  - крикнул барон - Иди сюда, работа есть.
Из толпы вышел здоровенный детина совершенно зверского вида.
- Вот наш боец, сдюжите?
- Сейчас посмотрим, что это за Шурик - сказал Василий выходя навстречу противнику.
Поединщики стали кружить присматриваясь друг к другу. Наконец Шурик пошел в атаку. Он размашисто нанес удар и конечно же не попал. Драки Василий не боялся. Выросший в городе, где стычки были обычным делом и от умения драться зависила жизнь и благосостояние он этим искусством владел достаточно хорошо. Противник же его, привыкший полагаться на свою зверскую внешность и силу заранее пугавшие его противников свои боевые навыки совершенно не развивал и мог оказаться легкой добычей для умелого бойца. Так и случилось. Уклонившись от нескольких ударов Василий с силой впечатал кулак в нос соперника. Полилась кровь.
- Ой, что это? - промолвил Шурик утерев нос и глядя на покрасневшую руку - Кровь! Я умираю... - он закатил глаза и хлопнулся на землю где и затих.
- Что это?  - не понял Вася.
- Сомлел, бедняга - сказал Петруха. - Крови боится.
- Он у нас, вообще то мирный - промолвил барон - Он  у обычно с медведем борется, а там все мирно, без кровопролития, вот и не привык.
Медведь присутствовал тут же. Он мирно сидел на земле неподалеку и с довольной мордой смотрел на поверженного человека, своего вечного победителя.
- Так, первоет задание выполнено, давай дальше.
- Сейчас, будет вам задание...

половина

книги

    Саша Черный


      Есть бездонный ящик мира —
      От Гомера вплоть до нас.
      Чтоб узнать хотя б Шекспира,
      Надо год для умных глаз.
Как осилить этот ящик? Лишних книг он не хранит.
Но ведь мы сейчас читаем всех, кто будет позабыт.

      Каждый день выходят книги:
      Драмы, повести, стихи —
      Напомаженные миги
      Из житейской чепухи.
Урываем на одежде, расстаемся с табаком
И любуемся на полке каждым новым корешком.

      Пыль грязнит пуды бумаги.
      Книги жмутся и растут.
      Вот они, антропофаги
      Человеческих минут!
Заполняют коридоры, спальни, сени, чердаки,
Подоконники, и стулья, и столы, и сундуки.

      Из двухсот нужна одна лишь —
      Перероешь, не найдешь,
      И на полки грузно свалишь
      Драгоценное и ложь.
Мирно тлеющая каша фраз, заглавий и имен:
Резонерство, смех и глупость, нудный случай, яркий стон.

      Ах, от чтенья сих консервов
      Горе нашим головам!
      Не хватает бедных нервов,
      И чутье трещит по швам.
Переполненная память топит мысли в вихре слов...
Даже критики устали разрубать пуды узлов.

      Всю читательскую лигу
      Опросите: кто сейчас
      Перечитывает книгу,
      Как когда-то... много раз?
Перечтите, если сотни быстрой очереди ждут!
Написали — значит, надо. Уважайте всякий труд!

      Можно ль в тысячном гареме
      Всех красавиц полюбить?
      Нет, нельзя. Зато со всеми
      Можно мило пошалить.
Кто «Онегина» сегодня прочитает наизусть?
Рукавишников торопит «том двадцатый». Смех и грусть!

      Кто меня за эти строки
      Митрофаном назовет,
      Понял соль их так глубоко,
      Как хотя бы... кашалот.
Нам легко... Что будет дальше? Будут вместо городов
Неразрезанного массой мокнуть штабели томов.

1910